• Вадим Дроздов

Балет и лошади


Можете ли вы представить, чтобы сын и брат императора, фельдмаршал, кавалер Георгиевского ордена первого класса ходил со следами побоев на лице, оставленными женой-простолюдинкой? Но и такое бывало в Романовском семействе.


Великий князь Николай Николаевич (старший) был третьим сыном императора Николая Первого. Отец выбрал для него военную карьеру, с рождения записав в лейб-гвардии Сапёрный батальон и назначив шефом Уланского полка. После окончания кадетского корпуса он всю жизнь посвятил кавалерии и инженерным войскам, пройдя путь от подпоручика до генерал-фельдмаршала. В годы Крымской войны участвовал в обороне Севастополя, а через двадцать лет руководил нашей армией, освобождавшей от турок Балканы. Свои заслуги в этой русско-турецкой войне 1877-1878 годов великий князь оценивал очень высоко, заявляя о том, что «кампания блистательная и все мои предположения великолепно исполнились». Хотя и в армии, и в Петербурге, мягко говоря, далеко не все разделяли эту точку зрения.


Особую страсть великий князь питал к лошадям, за что в высшем обществе заслужил прозвище «Лошадник». В своем имении Знаменка вблизи Петергофа великий князь отстроил конюшенный корпус с башенками, стилизованный под барокко, который издалека можно было принять за дворец. Там содержалось до ста лошадей различных пород и регулярно проводились выставки чистокровных скакунов, на которые съезжались коннозаводчики со всей империи. Описывая атмосферу, царившую в личных покоях Николая Николаевича, граф П. А. Валуев отмечал, что «разговор, особенно после обеда, исключительно лошадиный".


Другой подлинной страстью великого князя был балет, а точнее – балерины.


Официальный брак Николая Николаевича сложился неудачно. Его супругой являлась дочь принца Ольденбургского - Александра Фридерика Вильгельмина - получившая в православии имя Александры Петровны. Красотой она не блистала и в девичестве, а после рождения второго сына – Петра - по мнению многих современников, потеряла женственность и вовсе перестала следить за своим внешним видом.


в. кн. Александра Петровна

Духовной близости и любви между супругами никогда не было. Граф Сергей Шереметев в своих воспоминаниях даже жалел великого князя: «Он был достоин лучшей участи,… большей заботливости, большей сердечной теплоты. Но всего этого не могла дать ему Александра Петровна. С ним она была резка и насмешлива. Отталкивала его резко, холодно непозволительно.»


Шереметев описывает супругу Николая Николаевича как горделивую, сухую, властную, необыкновенно остроумную и саркастическую женщину, прикидывавшуюся смиренной и простой. «Ей по ее честолюбию нужен был муж большого ума и силы воли», - констатировал граф, отмечая, что великий князь хоть и был человеком «добрейшей души,… но слабого характера».


Все это привело к тому, что, по прошествии нескольких лет брака, Николай Николаевич попросту возненавидел свою супругу и в дальнейшем за глаза стал величать ее не иначе как «корова» или «та женщина».


К тому времени он уже давно привык находить отраду в театре, за кулисами, в гримерке, в обществе молоденьких балерин.


Балет, со всеми вытекающими последствиями, стал неотъемлемой частью его жизни. Без него он не мог обходиться даже на маневрах. Поэтому в Красном Селе, куда каждый год на учения из столицы летом отправлялась гвардия, с его подачи был построен деревянный театр.


В этом театре он встретил свою судьбу – балерину Екатерину Числову, которая была моложе его на 15 лет. Она предстала перед великим князем чистым и невинным созданием. И Николай Николаевич влюбился в молодую артистку без памяти. Страсть эта, позже превратившаяся в кошмар, больше никогда его не отпускала.


В Петербурге он снял ей квартиру напротив своего дворца, который за несколько лет до этого был выстроен на Благовещенской площади (ныне пл. Труда). Окна возлюбленной великого князя были хорошо видны из его резиденции. И когда Числова готова была принять Николая Николаевича, то подавала условный сигнал, выставляя на своем окне две зажжённые свечи. Тотчас после этого в личные покои князя и княгини входил слуга и громогласно объявлял, что в городе начался пожар. Поскольку князь слыл большим любителем подобных зрелищ, то у него появлялся повод покинуть дворец.


Екатерина Числова

Тем не менее вскоре о ночных похождениях мужа узнала Александра Петровна и, устроив великому князю разнос, обратилась за поддержкой к императору Александру Второму. Но получила от того отповедь. Считается, что царь сказал ей следующее: «Послушайте, ваш муж в полноте сил, ему нужна женщина, которая могла бы ему нравиться; теперь посмотрите же на себя… как вы одеты!».


При этом Александр Второй решил вразумить и собственного брата, выслав Числову в Лифляндию.


Однако полную победу над ненавистной балериной Александре Петровне одержать не удалось. Через несколько лет великий князь публично обвинил жену в измене с настоятелем дворцовой церкви и, в буквальном смысле, выгнал ее из дома.

Император, уставший от скандалов в семье младшего брата, к тому моменту уже отчаялся помирить супругов, поэтому приказал великой княгине покинуть страну и отправиться «на лечение». Ее содержание царь взял на себя. Дальнейшая судьба привела Александру Петровну в Киев, где ей был основан Покровский монастырь, в котором она затем тайно приняла монашеский постриг.


Ну а Екатерина Числова по воцарению в 1881 году нового императора – Александра Третьего - вернулась в Петербург и, несмотря на недовольство царя, по сути, стала неофициальной женой Николая Николаевича. Поселить свою гражданскую супругу во дворце великий князь не мог, поэтому сам фактически переселился в ее квартиру на Почтамтской улице.


Бывшая балерина родила великому князю пятерых детей, и это притом, что официальный брак ему принес только двоих сыновей.


Но с Катенькой Числовой в конце жизни произошла метаморфоза. Из невинного и веселого создания она превратилась в злобную фурию, ставшую тираном великого князя. Она устраивала ему скандалы и сцены, проверяла его личную переписку, а иногда во время истерик даже применяла к нему меры физического воздействия.


Николай Николаевич все терпел и продолжал одаривать ее драгоценными подарками. Когда же в 43-летнем возрасте Числова скончалась, то весь Петербург был поражен: своим детям она оставила состояние в миллион рублей.


Через два года из жизни ушел и великий князь. После этого его наследники - законнорожденные сыновья - вынуждены были отдать дворец за долги отца. Им разрешили взять из него только семейные реликвии, некоторые картины и кое-что из фарфора.


Увидеть на проезде Усадьбу "Знаменка" в. кн. Николая Николаевича (старшего) можно во время индивидуальных экскурсий "Столица фонтанов" и "Жемчужины Петергофа".